Тени

громады слов, все об одном, из века в век, песком и солью, на губах, в часах и сквозь ладони, по ветру, зажмурившись от пыли, липким пелом, после жаркого огня, с чадящим сладковатым дымом, в тумане, отсыревших вечеров, под выдох примуса и шум прибоя, под стрекот, там за печкой и цикад, в полуденном дурмане юга, громады слов, о друге и без друга, о снах, любви и вере, о печали, о пристанях и порванных платках, в ладонях сжатых, и губах закусанных до крови, громады слов надежды и тоски, в ночи звенящей тишиной, о теплом ветре, и дожде, в труде, чтобы забыться хоть на миг, и снова ощутить громаду слов, растрельной стенкой за спиной, холодным парапетом, домом, громады слов без чувств или навзрыд, теряя, отпуская и щадя, громады слов, омытые дождем на обелисках…

А. 2007

Проникнуть шепотом, по-воровски,
Дыханьем рыжих струн касаясь,
Вдыхая аромат тоски,
Маня, превознося и каясь.

А. 2007

и панорамка…

Тихие люди привычно
Жизнь проходили мимо,
Вроде бы обеспечены,
Желания утолимые.
Несколько стен, подушки,
Пианино в углу, комод,
Детства родные игрушки,
Старый каталог мод.
Вечер под абажуром,
Чай и варенье из роз,
Скачки друзей аллюром,
Советчиков целый воз,
Сонник на завтрак с беконом,
И пятичасный чай,
Идолы и иконы,
И собственно смерть, невзначай…

А. 2007

….
Разумеется, у меня есть и совсем иные мысли о войне, о смерти, о
самопожертвовании, о Франции, но мне недостает руководящей идеи, ясного
языка. Я мыслю противоречиями. Моя истина разъята на куски, и рассматривать
их я могу только каждый в отдельности. Если я останусь жив, я подожду, пока
наступит ночь, и тогда буду размышлять. Благословенная ночь. Ночью разум
спит и вещи предоставлены самим себе. То, что действительно важно, вновь
обретает цельность после разрушительного дневного анализа. Человек вновь
соединяет куски своего мира и опять становится спокойным деревом.
День отдается семейным ссорам, ночью же к человеку возвращается Любовь.
Потому что Любовь сильнее этого словесного ветра. И человек садится у окна,
под звездами, - он снова чувствует ответственность и за спящих детей, и за
завтрашний хлеб, и за сон жены, такой хрупкой, нежной и недолговечной.
Любовь - о ней не спорят. Она есть. Пусть же наступит ночь, чтобы мне
раскрылось нечто достойное любви! Чтобы я задумался о цивилизации, о судьбах
человека, о том, как ценят дружбу в моей стране. И чтобы мне захотелось
служить некой властной, хотя, быть может, еще и неосознанной истине…
А сейчас я похож на христианина, которого покинула благодать. Я вместе
с Дютертром, разумеется, исполню свою роль, исполню ее честно, но так, как
свершают обряды, когда в них уже нет религиозного смысла. Когда их уже
покинул Бог. Если я останусь в живых, я подожду, пока наступит ночь, чтобы
немного пройтись по дороге, пересекающей нашу деревню, и там, в моем
благословенном одиночестве, я, быть может, пойму, почему я должен умереть.
…

Экзюпери

Не бывают судьбы гладкими:
Бороздится память морщинами,
Заминается складками,
Костенеет причинами…

А. 2007

Каждое лето меня отправляли к бабушке в деревню. Четвертое отделение зерносовхоза Расшеватский, дворов двадцать среди полей Ставрополья. Через дорогу жила баба Нюся Жидкова - Жичиха. Свекровь моей крестной. Маленькая, худая как спичка, с заводным, даже сказал бы, взрывным характером, она была для меня чем-то нереальным. К тому времени когда я ее помню, зубов у нее почти не осталось, ноги превратились в клубок вздутых синих вен. Она напоминала мне старое дерево. Но дерево обычно стоит на месте себе, а баб Нюся носилась по отделению то туда, то сюда. И вот приметит, что к бабушке прикатили внуки, заскочет на пару слов да и выдаст тираду пятиэтажного отборного мата. По-моему русский язык она променяла на мат и нисколько этого не смущалась, но мат у нее был добрый, не злой, местами даже ласковый, такого я нигде больше не слышал: “Ну што, пиздюшата, приехали к бабке…?”

В одеждах из дырявого тумана,
Прийдет она, озябшая подруга,
Напомнив о себе, летящей паутиной,
Рыжа, налита, сочна и упруга.
Покосит месяцем траву в низинах,
Присолит инеем вершки ботвы,
И станет плакать, подпевая ветру,
Транжиря пятаки, березовой листвы.

А. 2007